ОЦЕНКА СИСТЕМЫ АНАЛИЗА И КОНТРОЛЯ ЭПИЗООТИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА БЕШЕНСТВА НА ТЕРРИТОРИИ СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

УДК 619:616.98:578

 

ОЦЕНКА СИСТЕМЫ АНАЛИЗА И КОНТРОЛЯ ЭПИЗООТИЧЕСКОГО ПРОЦЕССА БЕШЕНСТВА НА ТЕРРИТОРИИ СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

 

О.Г. Петрова, доктор ветеринарных наук, профессор,

ФГБОУ ВО Уральский государственный аграрный университет,

(620075, Россия, Екатеринбург, ул. Карла Либкнехта, 42)

Email: super.kafedra2013@yandex.ru

 

А.А. Баранова, кандидат ветеринарных наук, доцент,

ФГБОУ ВО Уральский государственный аграрный университет,

(620075, Россия, Екатеринбург, ул. Карла Либкнехта, 42)

Email: super.kafedra2013@yandex.ru

 

М.И. Барашкин, доктор ветеринарных наук, профессор,

ФГБОУ ВО Уральский государственный аграрный университет,

(620075, Россия, Екатеринбург, ул. Карла Либкнехта, 42)

Email: super.kafedra2013@yandex.ru

 

А.А. Зуев, кандидат ветеринарных наук, доцент,

ФГБОУ ВО Уральский государственный аграрный университет,

(620075, Россия, Екатеринбург, ул. Карла Либкнехта, 42)

Email: super.kafedra2013@yandex.ru

 

Аннотация. В последние годы на территории большинства регионов Российской Федерации сохраняется неблагоприятная эпизоотологическая обстановка по бешенству. Ежегодно наблюдается высокий уровень заболеваемости среди животных. Заболевание бешенством животных регистрируется практически во всех федеральных округах Российской Федерации – Центральном, Северо-Западном, Южном, Приволжском, Уральском, Сибирском и Дальневосточном. Свердловская область относится к разряду неблагополучных регионов по бешенству как в Российской Федерации, так и в Уральском федеральном округе. На фоне активизации природных очагов бешенства в ряде регионов Российской Федерации в эпизоотический процесс вовлечены домашние животные (собаки и кошки), положение усугубляется увеличением количества безнадзорных животных. В связи с этим необходимо провести оценку эпизоотических процессов бешенства в современный период на территории Свердловской области, определить прогноз заболеваемости на основе выявленных особенностей эпизоотического процесса.

Ключевые слова: бешенство, вакцинация, лисица, изовиры, очаги, Свердловская область.

 

Введение

Проблема борьбы с бешенством является одной из самых острых в современном мире. Основная причина в том, что до сих пор не имеется эффективного лечения данного заболевания. Поэтому во избежание массового заражения и усугубления ситуации по распространению инфекции, больных животных немедленно уничтожают [1-12]. В данной работе актуальность представлена изучением метода, которым можно анализировать возникновение очагов бешенства животных в Свердловской области.

Материалы и методы исследования

Предметом исследования был выбран метод картографирования на основе эпизоотологических данных. Так как при вспышке болезни это могло бы облегчить управление ситуацией, а также стать инструментом для оценки заболевания. По МКБ-10 различают: А82 – бешенство, А82.0 – лесное бешенство, А82.1 – городское бешенство.

Свердловская область считается неблагополучной по заболеванию бешенством (А82.0). Дополнительно были задействованы программы для статистической обработки данных, такие как Exel, OriginLab. В результате была получена удобная для анализа модель. Предложен обзор возможностей и потенциального использования Географической Информационной Системы (ГИС) в области наблюдения и мониторинга бешенства животных.

Нами были разработаны изовиры – линия, отвечающая границам распределения заболевания в определенный год. Изовиры были созданы на подобие изотерм, используемых для наблюдения динамики погоды. В нашей работе с их помощью мы наблюдали движение заболеваемости бешенством животных в разные года.

Для создания карт-изовиров был использован готовый макет карты Свердловской области, и в графических программах «Paint», «Photoshop 2020» с созданием шкалы случаев заболеваемости, с помощью которой присвоили цвета.

 

Результаты и обсуждение

 

На данный момент Свердловская область считается неблагополучной по заболеванию бешенством (А82). Но нельзя говорить, о ней в частности, не посмотрев на ситуацию с бешенством в России в целом. Поэтому были найдены значения случаев заболеваемости по стране, и на основе этих данных составлен один из графиков. В дальнейшем для более чёткого анализа была исследована заболеваемость в Свердловской области за такой же период с 2000 по 2023 год (рис. 1).

 

 

Рис. 1. Численность животных по заболеваемости бешенством в РФ,

Свердловской области и Первоуральского Городского Округа

 

На рисунке 1 (А) можно увидеть, что наименьшее количество заражений по РФ было зафиксировано в 2022 году (92 случая), пиковыми значениями по распространению бешенства являются 2005 год (5253) и 2007 (5503) случаев.

Если рассматривать график (В) созданный по Свердловской области минимальное значение было 1 случай в 2000 году. Далее пик заболеваемости был в 2005 году (112), и следующий пик был в 2013 (102). В сравнительном аспекте приводим пример распространения бешенства в Первоуральском округе, (наиболее близко расположенным к г. Екатеринбург), где отмечали за этот период пик заболеваемости (Первоуральский округ находится в 40 км от Екатеринбурга с неблагополучием по бешенству.

Пиковые значения бешенства по РФ и Свердловской области сходятся в 2005 году и в 2007 году, и максимальное количество случаев заболеваемости по РФ коррелируется с данными по Свердловской области.

Самые неблагополучные населенные пункты по бешенству это: Артинский, Байкаловский, Белоярский, Богдановичский, Ирбитский, Каменский, Красноуфимский, Пышминский, Сухоложский, Талицкий, Туринский. В других Городских Округах наблюдали либо единичные случаи бешенства, либо встречающиеся с разрывом в несколько лет (таблица 1).

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Таблица 1

Муниципальные образования Свердловской области в которых были

зарегистрированы случаи бешенства животных (с 2013 по 2023 год)

 

Мы использовали метод картографирования, который весьма удобен и может применяться для теоретического анализа эпизоотологической ситуации по заболеваемости бешенством, так и по другим заболеваниям. Так же данный метод может помочь в создании противоэпизоотического плана мероприятий в неблагополучных территориях по бешенству [13-24].

Так благополучные территории, преимущественно находящиеся на севере Свердловской области мы окрасили зеленым цветом. Территории на которых были зарегистрированы от 1 до 3 случаев имели желтый цвет. Далее по нарастающей, территории со средним количеством случаев (4-9) стали оранжевого цвета, более зараженные (10-15) красного. И самым максимальным значением стало 16-21 число случаев, данная территория была окрашена в бордовый цвет.

Очаги бешенства сконцентрировались преимущественно на юго-западном и южном краях Свердловской области. Северные регионы и большая часть центральных не имели случаев заболеваемости бешенством. Поэтому они как благополучные регионы обозначены на карте зеленым цветом.

Мы использовали метод картографирования, который весьма удобен и может применяться для теоретического анализа эпизоотологической ситуации по заболеваемости бешенством, так и по другим заболеваниям. Так же данный метод может помочь в создании противоэпизоотического плана мероприятий в неблагополучных территориях по бешенству [13-24].

Так благополучные территории, преимущественно находящиеся на севере Свердловской области мы окрасили зеленым цветом. Территории на которых были зарегистрированы от 1 до 3 случаев имели желтый цвет. Далее по нарастающей, территории со средним количеством случаев (4-9) стали оранжевого цвета, более зараженные (10-15) красного. И самым максимальным значением стало (16-21) число случаев, данная территория была окрашена в бордовый цвет.

Очаги бешенства сконцентрировались преимущественно на юго-западном и южном краях Свердловской области. Северные регионы и большая часть центральных не имели случаев заболеваемости бешенством. Поэтому они как благополучные регионы обозначены на карте зеленым цветом.

Мы использовали метод картографирования, который весьма удобен и может применяться для теоретического анализа эпизоотологической ситуации по заболеваемости бешенством, так и по другим заболеваниям. Так же данный метод может помочь в создании противоэпизоотического плана мероприятий в неблагополучных территориях по бешенству [13-24].

Так благополучные территории, преимущественно находящиеся на севере Свердловской области мы окрасили зеленым цветом. Территории на которых были зарегистрированы от 1 до 3 случаев имели желтый цвет. Далее по нарастающей, территории со средним количеством случаев (4-9) стали оранжевого цвета, более зараженные (10-15) красного. И самым максимальным значением стало (16-21) число случаев, данная территория была окрашена в бордовый цвет.

Очаги бешенства сконцентрировались преимущественно на юго-западном и южном краях Свердловской области. Северные регионы и большая часть центральных не имели случаев заболеваемости бешенством. Поэтому они как благополучные регионы обозначены на карте зеленым цветом.

 

 

Рис. 2. Изовиры 2013-2016 годов

 

На рисунке 2 представлено распространение бешенства за 4 года. С 2013 года мы видим, что территория, охваченная бешенством достаточно обширна, это практически вся центральная и южная часть, от западной до восточной границы карты Свердловской области. В 2014 году заболевание начинает свое движение на север, попутно при этом разделяясь, на 3 части. Небольшой очаг возникает на северо-западе, а наибольшая волна движется на север. Однако южная часть регионов по-прежнему подвержена заболеваемости. В 2015 году движение заболеваемости меняется и возвращается в центральные регионы и в целом движется на юг. В 2016 году отмечаем разделение линии изовира. Заболевание бешенством устремляется в северные регионы, попутно разделяясь на 2 части. Как мы видим инфекция укоренилась в южных и центральных территориях области.

В период 2013-2016 площадь распространения бешенства стала значительно больше.

 

 

Рис. 3. Изовиры 2016-2019 годов

 

На изображении рисунка 3 были взяты данные за 4 года с 2016 по 2019. 2016 год был описан выше. Однако он еще считается пиковым, а после него уже наблюдается динамика снижения уровня заболеваемости. Поэтому для наглядности мы взяли его второй раз на данный рисунок. В 2017 году очаги заражения находятся на большом расстоянии друг от друга. Объяснить это можно тем, что в неблагополучных районах начали активнее проводить борьбу с бешенством, стали эффективнее использовать меры профилактики и вероятно, это способствовало улучшению эпизоотологической ситуации. По большей части в 2017 году в городских округах были зарегистрированы единичные случаи в разных местах. Можно сказать, что это были отголоски после пикового периода 2016 года.

В 2018 году очаги заболеваемости сдвинулись в центр. Однако участок центрально-южный, не меняет своего положения, можно сказать, что он уже стал эндемичным. Новые территории по отношению к 2016 году, уже не сильно подвержены влиянию бешенства. Изовиры 2018 года так же разрезаны и представлены 5 линиями. Находящимися в разных местах Свердловской области, что говорит о закреплении возбудителя на территории. 2019 год представлен 2 крупными и одним небольшими участками, находящимися на юго-западе, на юге и на юго-востоке. Это значит, что бешенство проявилось на юго-западе области.

За период 2016-2019 года бешенство наблюдали в центральной и южной части Свердловской области. Временами очаги заболеваемости являются весьма разрозненными.

 

 

Рис. 4. Изовиры 2019-2023 годов

 

На рисунке 4 представлены последние изовиры, созданные на основе данных 2019-2023 годов. В 2020 году заболеваемость в 3-х наиболее крупных территориях – это юго-запад, запад и юго-восток. Отмечаем единичный случай заболеваемости на севере области. Это был случай бешенства у лисы в Краснотурьинске. Изовиры в 2021 году, имеют разрозненные линии, однако затронуты все те же самые населенные пункты, что и ранее. Однако мы видим, что бешенство проявляется на северо-востоке, не покидая центральной части карты. 2022 год, лини приобретают более цельный характер. Очаги зафиксированы в южной части, на юго-востоке и юго-западе, а также в центральной части.

В период 2013-2023 гг. можно дать следующее заключение по возникновению бешенства:

• изначально очаговая зона сосредоточена на юге Свердловской области,
• далее прослеживается в основном на северо-восток, затрагивая в основном южные и центральные территории.

Распространение бешенства зависит от многих факторов. Например, от количества его переносчиков. На это могут влиять – кормовая база, другие заболевания, конкуренция среди животных дикой фауны, антропогенные факторы, пожары, заставляющие животных покидать свои территории и перебегать на новые. Поэтому линии из года в год имеют движение, а порой и разрывы, и не остаются постоянно на одном и том же месте [6-20].

Рассмотрим рисунок 5, составленную на основе данных с сайта Департамента ветеринарии по Свердловской области за 10 лет (2013-2023 гг.). На диаграмме в процентном отношении представлены наиболее часто встречаемые животные, которые болеют бешенством.

 

 

Рис. 5 (а). Процентное соотношение животных, заболевших бешенством

в период с 2013 по 2023 год на территории Свердловской области

 

 

 

Рис. 5 (б). Процентное соотношение животных, заболевших бешенством на Территории РФ за январь-август 2015 года

 

На рисунке 5 (а) лисицам соответствует 49 %, что составляет почти половину от общего количества всех животных, зарегистрированных в отчетах. На втором месте располагаются енотовидные собаки (19 %). Эти два вида животных представляют дикую фауну и природный резервуар вируса бешенства. На третьем месте располагаются собаки, как представители городского резервуара (18 %). Сюда включены и домашние и бездомные собаки. Вероятно, что такой большой процент связан с халатным отношением владельцев по отношению к своим питомцам. Последнее место занимают кошки – всего 4 %. Такой маленький процент можно связать с самой природой и характером кошек. Оставшиеся 10 % принадлежат прочим животным, в том числе и сельскохозяйственным, а также диким мелким хищникам.

Для наглядности приведена диаграмма на рисунке 5 (б), статистики заболеваемости за небольшой период по России. Из этой диаграммы хорошо видно, что наибольшее число случаев заболеваемости принадлежит лисицам.

Поскольку лисы в качестве переносчиков заболевания вируса бешенства составляют абсолютное большинство, то дальнейшие изыскания сосредоточены именно на них.

Территория Свердловской области богата природными ресурсами. Так в данной области располагается множество лесов, с достаточно богатой фауной. Одними из представителей дикой фауны, являются лисы. Они же и являются основным звеном в цепи распространения вируса бешенства, как в Свердловской области, так и в целом по РФ. Для работы были собраны данные о количестве особей лисиц в России периодом с 2000 года по 2021 по России и периодом с 2003 по 2021 год по Свердловской области

Приведена статистика заражений бешенством у лисиц. Результаты представлены на рисунке 6.

 

 

Рис. 6. 2000-2023 гг. популяции лисиц и случаев заражений на территории РФ (А),

количества лисиц и случаев заболеваний на территории Свердловской области (В)

 

Сопоставив попарно данные графики, можно увидеть закономерность между количеством особей и количеством заболеваний.

В 2005 году, когда по РФ был зафиксирован пик заболеваемости, так же отмечено большое количество лисиц. Аналогичные максимумы для 2005 года наблюдаются и для зависимостей по Свердловской области. В 2006 году, когда количество случаев заболеваемости снизилось, вместе с тем резко упала и численность лис. Это видно и для России, и для Свердловской области В 2007 году опять можно наблюдать синхронное возрастание количества лис и случаев заболеваемости для РФ и Свердловской области. На графиках для наглядности проведены пунктирные линии, показывающие тенденции снижения уровня численности лисиц и уровня случаев заболеваемости. В целом зависимости по РФ и по Свердловской области движутся синхронно.

Проанализировав зависимости на рисунке 6 по РФ и по Свердловской области, можно прийти к выводу, что количество случаев заражения зависит от численности особей лисиц. Это хорошо согласуется с тем, что лисицы являются одними из главных участников в цепочках распространения вируса бешенства в дикой природе и заражения домашних питомцев.

 

 

Рис. 7. Зависимости численности лисиц в Российской Федерации (А) и заболеваемость бешенством по России

в целом с 2000 по 2021 год (В), а также конкретно у лисиц с 2000 по 2006 (С)

 

Данные представлены в различные периоды времени, так как подобной информации в открытом доступе достаточно мало. 2 верхних графика о численности лисиц в РФ и случаях заболеваемости в РФ подробно разобраны выше. В дополнение к ним будет рассмотрена зависимость между А и С графиком, а также В и С.

Если говорить о 1 и 3 графиках, то видно, что с 2000 по 2001 год численность лисиц падает, соответственно случаев заболеваемости среди лисиц тоже становится меньше. Как только численность внутри популяции растет с 2001 по 2003 то и заболеваемость среди лис закономерно повышается.

Начиная с 2000 года видна тенденция к увеличению численности лисиц, вместе с ним следует увеличение численности заболеваний по стране и начиная с 2002 года уже заметен рост заболеваемости в популяции лисиц. В 2003 году заметна общая тенденция к увеличению роста численности лис, закономерно увеличивается и число случаев заражения внутри популяции и в России в целом. После поднятия уровня заболеваемости, в 2004 году приходит спад. А уже в 2005 году популяция лисиц вновь увеличивается, а вместе с ней растет количество случаев заболеваемости на нижнем графике. В 2006 году ожидаемо численность лисиц снижается и заболеваемость внутри популяции снижается.

Если рассматривать линии В и С можно заметить, что при росте заболеваемости внутри популяции закономерно ждать увеличения болезни среди других животных в целом, а также увеличения роста по РФ. Можно предположить, что первыми страдают лисы внутри своей популяции, а далее заболевание уже распространяется на других животных.

Если отдельно рассматривать данные по Свердловской области в период 2003-2021 гг, то можно заметить, что зависимости популяции лис и заболевания бешенством синхронны.

 

 

Рис. 8. Зависимости численности лисиц по Свердловской области, периодом с 2003 года по 2021 (А).

Заболеваемость бешенством по Свердловской области с 2000 года по 2023 (В).

Зависимость заболеваемости именно у лисиц в период с 2012 по 2023 год на территории Свердловской области (С)

 

С 2003 года наблюдается тенденция к увеличению численности лисиц, вместе с этим идет рост заболеваемости на территории Свердловской области. В 2005 году наблюдаются пики численности лисиц (8276) и случаев заражения (112). В 2006 году произошел резкий спад численности лис и заболеваемости. Что может быть связано с высокой смертностью в 2005 зараженных особей. С 2006 г. продолжается тенденция роста количества особей и заболеваемости и сохраняется до 2009-2010 гг. Позже с 2012 года наблюдается снижение заболеваемости и численности лисиц.

Стоит отметить, что на зависимостях имеют место локальные максимумы и минимумы. Связано это с тем, что за ростом популяции лис закономерно следует рост заболеваемости внутри самой популяции, а затем рост распространения бешенства среди других животных. После этого количество как лисиц и случаев заболеваемости становится меньше, вероятно по причине смертности лисиц и других переносчиков. Смертность может быть обусловлена естественными причинами (от заболевания бешенством либо другими болезнями, старости, смерти от других животных и т.д.) и антропогенными факторами (в т.ч. отстрелом).

Такие скачки происходят с периодичностью в несколько лет. Что можно связать с плодовитостью лис, которые с легкостью восполняют свою популяцию и увеличивают распространение вируса.

На основе данных из отчетов департамента ветеринарии создана диаграмма, в которой представленные данные о количестве случаев заболеваемости бешенством в течение 10 лет в каждом месяце. Сделано это было для того, чтобы отследить зависимость между сезоном года и активностью вируса. А также проследить связано ли это с физиологией лисиц (периодом их гона и рождения щенят).

 

 

Рис. 9. Сезонность заболевания бешенством у лисиц

 

Бешенству диких животных свойственны летний минимум и два подъема: зимне-весенний и осенне-зимний. Эти закономерности динамики интенсивности эпизоотического процесса хорошо сочетаются с особенностями биологии лисицы – главного резервуара и источника рабического вируса. Лисица чаще всего служит источником инфекции для собак (в т.ч. бродячих), кошек и сельскохозяйственных животных. Этот вид животного в условиях окружающей среды чрезвычайно пластичный и наиболее приспособлен к различным условиям существования. Наибольшая численность и плотность популяции лис регистрируется в лесостепной и степной зонах. Период гона у них наступает в феврале – марте месяце и продолжается 3-4 недели. В акте размножения принимает участие до 80 % лисиц из популяции. При этом одну самку сопровождает 6-8 самцов, борьба которых нередко способствует передаче и постоянной циркуляции в эпизоотических очагах высокопатогенных штаммов вируса [21-24].

 

Выводы

Карты изовир наглядно показывают, в каких регионах наблюдается бешенство среди животных. Проанализировав ситуацию по зарегистрированным случаям бешенства с 2013 по 2023 год можно сделать выводы, что заболевание имеет разную степень интенсивности год от года. В основном заболеванию подвержены дикие животные (лисы и енотовидные собаки). Они составляют резервуар инфекции. Среди домашних животных заболевание регистрируется чаще у собак. Также от бешенства страдают кошки и сельскохозяйственные животные (крупный рогатый скот, овцы, козы, лошади). Согласно географической модели распространения бешенства, заболевание чаще регистрировалось в центральной и южной части Свердловской области. Разработанная нами географическая модель пространственного анализа наглядно показывает распространение бешенства на изучаемой территории. Данная географическая модель с применением изовиров применима к другим инфекционным заболеваниям. При анализе имеющейся информации выявлено, что на изучаемой территории сформирован и существует лесной тип бешенства.

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Авилов, В.М. Эпизоотическая ситуация по бешенству в Российской Федерации / В.М. Авилов, О.В. Козыренко, А.Г. Лучкин и др. // Международный агробиологический симпозиум, посвящ. 80-летию чл.-корр. РАН, заслуженного деятеля науки РФ Сочнева В.В.: материалы симпозиума. – Нижегородская ГСХА. – Нижний Новгород, 2016. – С. 93-109.
2. Анников, В.В. Болезни собаки кошек: методические указания по выполнению лабораторных работ для направления подготовки 36.05.01 Ветеринария / В.В. Анников, А.В. Красников, Д.М. Коротова // ФГБОУ ВО «Саратовский ГАУ». – Саратов, 2016. – 69 с.
3. Горбенко, П.Е. Компьютерная модель распространения бешенства у животных, обеспечивающая контроль заболеваемости с учетом эпизоотологических особенноостей Свердловской области / П.Е.Горбенко, О.Г. Петрова, А.А. Баранова // Medicus. – 2022. – № 6(48). – С. 19-24. – Режим доступа: https:// eLIBRARY ID: 49802648.
4. Горбенко, П.Е. Современные методы пространственного анализ в практике эпизоотологического исследования / П.Е. Горбенко, О.Г. Петрова // Аграрный вестник Урала. – 2018. – № 5 (172). – С. 16-19. – Режим доступа: https:// eLIBRARY ID: 35170360.
5. Гулюкин, А.М. Значимость современных методов лабораторной диагностики и идентификации возбудителя бешенства для иммунологического мониторинга данного зооноза / А.М. Гулюкин // Вопр. вирусологии. – 2014. – № 3. С. 5-10.
6. Гулюкин, А.М. Особенности эпизоотического процесса и молекулярно-генетических характеристик изолятов вируса бешенства в Республике Татарстан / А.М. Гулюкин, А.А. Шабейкин, О.Н. Зайкова и др. // Ветеринарный врач. – 2015. – № 6. С. 3-117.
7. Гулюкин, А.М. Эпизоотологические геоинформационные системы. Возможности и перспективы / А.М. Гулюкин, А.А. Шабейкин, В.В. Белименко // Ветеринария. – 2016. – № 7. – С. 21-24.
8. Елаков, А.Л. Меры борьбы с бешенством у безнадзорных и диких животных / А.Л. Елаков // VetPharma. – 2013. – № 5-6. –С. 24-27.
9. Заволока, А.А. О бешенстве / А.А. Заволока // VetPharma. – 2013. – № 4. –С. 24-31.
10. Kaмышенцева, С.С. Бешенство. Актуальные проблемы / С.С. Kaмышенцева, O.Г. Петрова // Молодежь и наука. – 2017. – № 1. – С. 33. – Режим доступа: https:// eLIBRARY ID: 28399136.
11. Прохорова, Е.П. Иммунопрофилактика инфекционных заболеваний кошек и собак в современном мегаполисе / Е.П. Прохорова, К.В. Пиковец, Е.В. Глинина, и др. // Молодежь и наука. – 2017. – № 1. – С. 55. – Режим доступа: https:// eLIBRARY ID: 28399158.
12. Нафеев, А.А. Бешенство – природно-очаговый зооноз. Современная характеристика эпизоотического процесса / А.А. Нафеев, Н.И. Пелевина, Д.А. Васильев // Дальневосточный журнал инфекционной патологии. – 2015. – № 27. – С. 43-48.
13. Нетупеп, К.У. Обзор эпизоотической ситуации, сложившейся в Российской Федерации в 2014 году / К.У. Негшреп, А.А. Шабейкин, А.М. Гулюкин и др. // Ветеринария и кормление. – 2015. – № 2. – С. 19-23.
14. Новикова, И.В. Современные экологические особенности проявления эпизоотологического процесса бешенства / И.В. Новикова, О.Г. Петрова //Аграрный вестник Урала. – 2014. – № 4 (122). – С. 21-24. – Режим доступа: https:// eLIBRARY ID: 22269549.
15. Новикова, И.В. Эпизоотологическая характеристика бешенства на региональном уровне / И.В. Новикова, О.Г. Петрова // Аграрный вестник Урала. – 2013. – № 11(117). – С. 30-32. – Режим доступа: https:// eLIBRARY ID: 20915240.
16. Новикова, И.В. Современная эпизоотология бешенства животных / И.В. Новикова, О.Г. Петрова // Аграрный вестник Урала. – 2015. – № 10(140). – С. 19-24. – Режим доступа: https:// eLIBRARY ID: 24852850.
17. Симонова, Е.Г. Надзор за бешенством в современных условиях / Е.Г. Симонова, С.А. Картавая, Н.Н. Филатов // Журн. микробиологии, эпидемиологии и иммунобиологии. – 2017. – № 3. – С. 77-83.
18. Симонова, Е.Г. Проблемы надзора и контроля за бешенством в Российской Федерации / Е.Г. Симонова, К.Ю. Зубарева, С.А. Картавая, и др. // Инфекционные болезни. – 2018. – Т. 16. – № 3. – С. 31-36.
19. Симонова, Е.Г. Современная ситуация и основные направления борьбы и профилактики Российской Федерации / Е.Г. Симонова, С.А. Сабурова, К.Ю. Левина, и др. // Лечащий врач. – 2019. – № 6. – С. 74–77.
20. Шабейкин, А.А. Анализ закономерностей эпизоотического процесса бешенства на территории Европейской части Российской Федерации / А.А.Шабейкин, А.М. Гулюкин, А.В. Паршикова // Ветеринария и кормление. – 2015. – № 1. – С. 29-34.
21. Шабейкин, А.А. Использование ГИС-технологий при оценке рисков в эпизоотологическомисследовании / А.А. Шабейкин, О.Н. Зайкова, А.В. Паршикова, и др. // Всборнике трудов X Международной практической конференции: «Научные перспективы XXI века. Достижения и перспективы нового столетия». – Новосибирск, 2015. – С. 50-54.
22. Шабейкин, А.А. Кластеризация современного ареала бешенства / А.А. Шабейкин, А.М. Гулюкин, К.Ю. Зубарева // В сборнике трудов X Ежегодного Всероссийского конгресса по инфекционным болезням с международным участием «Инфекционные болезни в современном мире: эволюция, текущие и будущие угрозы». – Москва, 2018. – С. 254-255.
23. Шебейкин, А.А. Анализ текущей эпизоотической ситуации по бешенству на территории Российской Федерации / А.А. Шабейкн // Мелкие домашние и дикие животные. – 2015. – № 6. – С. 6-8.
24. Шульпин, М.И. Эпизоотическая ситуация и прогноз по бешенству животных на 2017 г. на территории Российской Федерации. [Электронный ресурс]. – Режим доступа: https://docviewer.yandex.ru/view (Дата обращения: 17.06.23 г.).

 

REFERENCES

1. 1. 1. 1. Avilov V.M. The epizootic situation of rabies in the Russian Federation. International Agrobiological Symposium, dedicated. To the 80th anniversary of the Corresponding Member of the Russian Academy of Sciences, Honored Scientist of the Russian Federation V.V. Sochnev: materials of the symposium. – Nizhny Novgorod State Agricultural Academy. Nizhny Novgorod, 2016. pp. 93-109 (In Russ.).
         2. Annikov V.V. Diseases of dogs of cats: methodological guidelines for performing laboratory work for the direction of training 36.05.01 Veterinary medicine. Saratov GAU- Saratov, 2016. 69 p. (In Russ.).

3. Gorbenko P.E. A computer model of the spread of rabies in animals, providing morbidity control taking into account the epizootological features of the Sverdlovsk region. Medicus. 2022. no 6(48). pp. 19-24. Available at: https:// eLibrary ID: 49802648 (In Russ.).

4. Gorbenko P.E.Modern methods of spatial analysis in the practice of epizootological research. Agrarian Bulletin of the Urals. 2018. No. 5 (172). pp. 16-19. Available at: https:// eLibrary ID: 35170360 (In Russ.).

5. Gulyukin A.M. The significance of modern methods of laboratory diagnostics and identification of the rabies pathogen for immunological monitoring of this zoonosis. Vopr. virology. 2014. No. 3. 5-10 p. (In Russ.).

6. Gulyukin A.M. Features of the epizootic process and molecular genetic characteristics of rabies virus isolates in the Republic of Tatarstan. Veterinary doctor. 2015. No. 6. pp. 3-11 (In Russ.).

7. Gulyukin A.M. Epizootological geoinformation systems. Opportunities and prospects. Veterinary medicine. 2016. No. 7. pp. 21-24 (In Russ.).

8. Elakov A.L. Measures to combat rabies in neglected and wild animals. VetPharma. 2013. no 5-6. pp. 24-27 (In Russ.).

9. Zavoloka A.A. About rabies. VetPharma. 2013. no 4.pp. 24-31 (In Russ.).

10. Kamyshentseva S.S. Rabies. Actual problems. Youth and science. 2017. No. 1. P. 33. Available at: https:// eLIBRARY ID: 28399136 (In Russ.).

11. Prokhorova E.P. Immunoprophylaxis of infectious diseases of cats and dogs in a modern metropolis. Youth and science. 2017. No. 1. p. 55. Available at: https:// eLIBRARY ID: 28399158 (In Russ.).

12. Nafeev A.A. Rabies natural focal zoonosis. Modern characteristics of the epizootic process. Far Eastern J Gulyukin, A.M. Epizootological geoinformation systems. Opportunities and prospects. Veterinary medicine. 2016. No. 7. pp. 21-24ournal of Infectious Pathology. 2015. No. 27. 43-48 p. (In Russ.).

13. Netupep K.U. Review of the epizootic situation in the Russian Federation. Veterinary medicine and feeding. 2015. No. 2. pp. 19-23 (In Russ.).

14. Novikova I.V. Modern ecological features of the manifestation of the epizootological process of rabies. Agrarian Bulletin of the Urals. 2014. No. 4(122). pp. 21-24. Available at: https:// eLIBRARY ID: 22269549 (In Russ.).

15. Novikova I.V. Epizootological characteristics of rabies at the regional level. Agrarian Bulletin of the Urals.-2013.-№11(117)Pp.30-32. Available at: https:// eLIBRARY ID: 20915240 (In Russ.).

16. Novikova I.V. Modern epizootology of animal rabies. Agrarian Bulletin of the Urals.- 2015.- No. 10(140). – Р. 19-24. Available at: https:// eLIBRARY ID: 24852850 (In Russ.).

17. .Simonova E.G. Supervision of rabies in modern conditions. Journal of Microbiology, Epidemiology and Immunobiology. – 2017. – No. 3. – 77-83 p. (In Russ.).

18. Simonova E.G. Problems of supervision and control of rabies in the Russian. Infectious diseases. 2018. vol. 16, No. 3. Р. 31-36 (In Russ.).

19. Simonova E.G. The current situation and the main directions of struggle and prevention of the Russian Federation. The attending physician. 2019. No. 6. Р. 74-77. (In Russ.).

20. Shabeikin A.A. Analysis of the patterns of the epizootic process of rabies on the territory of the European part of the Russian Federation. Veterinary medicine and feeding. 2015. No. 1.Р. 29-34 (In Russ.).

21. Shabeikin A.A. The use of GIS technologies in risk assessment in epizootological research. Proceedings of the X International Practical Conference: "Scientific prospects of the XXI century. Achievements and prospects of the new century". Novosibirsk, 2015. Р. 50-54 (In Russ.).

22. Shabeikin A.A. Clustering of the modern area of rabies. In the proceedings of the X Annual All-Russian Congress on Infectious Diseases with International Participation "Infectious diseases in the modern world: evolution, current and future threats". Moscow. 2018. Р. 254-255 (In Russ.).

23. Shebeikin A.A. Analysis of the current epizootic situation of rabies in the territory of the Russian Federation. Russian veterinarian. journal. Small domestic and wild animals. 2015. No. 6. Р. 6-8 (In Russ.).

24. Shulpin M.I. Epizootic situation and prognosis of animal rabies for 2017 on the territory of the Russian Federation. [Electronic resource]. Available at: https://docviewer .yandex.ru/view (Date of application: 17.06.23) (In Russ.).

 

Материал поступил в редакцию 08.08.23

 

 

EVALUATION OF THE SYSTEM OF ANALYSIS AND CONTROL OF THE EPIZOOTIC PROCESS OF RABIES IN THE TERRITORY OF THE SVERDLOVSK REGION

 

O.G. Petrova, Doctor of Veterinary Sciences, Professor,

Ural State Agrarian University

(620075, Russia, Yekaterinburg, St. Karl Liebknecht, 42)

Email: super.kafedra2013@yandex.ru

 

A.A. Baranova, Candidate of Veterinary Sciences, Associate Professor,

Ural State Agrarian University

(620075, Russia, Yekaterinburg, St. Karl Liebknecht, 42)

Email: super.kafedra2013@yandex.r

 

M.I. Barasckin, Doctor of Veterinary Sciences, Professor,

Ural State Agrarian University

(620075, Russia, Yekaterinburg, St. Karl Liebknecht, 42)

Email: super.kafedra2013@yandex.ru

 

A.A. Zuev, Candidate of Veterinary Sciences, Associate Professor,

Ural State Agrarian University

(620075, Russia, Yekaterinburg, St. Karl Liebknecht, 42)

Email: super.kafedra2013@yandex.ru

 

Abstract. In recent years, an unfavorable epizootological situation for rabies has persisted on the territory of most regions of the Russian Federation. Every year, a high level of morbidity among animals remains. Animal rabies disease is registered in almost all federal districts of the Russian Federation – Central, North-Western, Southern, Volga, Ural, Siberian and Far Eastern. The Sverdlovsk Region belongs to the category of disadvantaged regions for rabies, both in the Russian Federation and in the Ural Federal District. Against the background of the activation of natural foci of rabies in a number of regions of the Russian Federation, domestic animals (dogs and cats) are involved in the epizootic process, the situation is aggravated by an increase in the number of neglected animals In this regard, it is necessary to assess the epizootic processes of rabies in the modern period in the territory of the Sverdlovsk region, to determine the prognosis of morbidity based on the identified features of epizootic.

Keywords: rabies, vaccination, fox izovira, foci, Sverdlovsk region.