Телефон: 8(962) 7600-119

Главная / Архив / 2023 год / MEDICUS № 3 (51), May / РЕТРОСПЕКТИВНЫЙ АНАЛИЗ ИСТОРИЙ БОЛЕЗНИ ПАЦИЕНТОВ С COVID-19

РЕТРОСПЕКТИВНЫЙ АНАЛИЗ ИСТОРИЙ БОЛЕЗНИ ПАЦИЕНТОВ С COVID-19

Дата публикации: 16.05.2023

УДК 616.9:578.834.1-08

 

РЕТРОСПЕКТИВНЫЙ АНАЛИЗ ИСТОРИЙ БОЛЕЗНИ ПАЦИЕНТОВ С COVID-19

 

Ш.С. Машрап, студент 4 курса специальности «Общая медицина»,

НАО «Медицинский университет Караганды»,

(100008, Республика Казахстан, г. Караганда, ул. Гоголя, 40)

Email: Mashrap@qmu.kz

 

Т.В. Ким, кандидат медицинских наук, ассоциированный профессор

кафедры клинической фармакологии и доказательной медицины

НАО «Медицинский университет Караганды»,

(100008, Республика Казахстан, г. Караганда, ул. Гоголя, 40)

Email: T.Kim@qmu.kz

 

Л.И. Пивень, кандидат медицинских наук, ассоциированный профессор

кафедры клинической фармакологии и доказательной медицины

НАО «Медицинский университет Караганды»,

(100008, Республика Казахстан, г. Караганда, ул. Гоголя, 40)

Email: Piven@qmu.kz

 

Т.Л. Николаева, преподаватель

кафедры клинической фармакологии и доказательной медицины

НАО «Медицинский университет Караганды»,

(100008, Республика Казахстан, г. Караганда, ул. Гоголя, 40)

Email: Nikolaeva@qmu.kz

 

Аннотация. Коронавирусная инфекция COVID-19, вызванная новым штаммом коронавируса – SARS-CoV-2, явилась причиной стремительного роста числа заболевших и высокой смертности во всем мире. Проведено ретроспективное исследование историй болезни 250 больных COVID-19, проходивших лечение в различных лечебных учреждениях г. Караганды. Проанализированы данные, устанавливающие связь между возрастом пациентов и степенью тяжести течения COVID-19. Оценена эффективность проведенных различных видов терапий (противовирусной, противовоспалительной и антикоагулянтной).

Ключевые слова: ретроспективный анализ, COVID-19, ремдесивир, эноксапарин, дексаметазон.

 

Введение. COVID-19 (Corona Virus Disease 2019) – острое респираторное заболевание, вызываемое новым штаммом коронавируса SARS-Cov-2, связанное со значительной заболеваемостью и смертностью во всем мире. Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) в марте 2020 года, присвоив самую высокую градацию риска на глобальном уровне, к тому времени вирус распространился на 114 стран, признала вспышку заболевания глобальной чрезвычайной ситуацией в области здравоохранения, пандемией [3; 11; 12]. С начала пандемии и по настоящее время, лекарственных средств с доказательной базой эффективности в отношении COVID-19 нет, тем не менее основными претендентами на наибольшую значимость в терапии, имеют противовирусные препараты, лекарственные средства, влияющие на ключевые звенья патогенеза, обусловливающие тяжесть и осложнения заболевания.

Цель. Оценить эффективность проведенных различных видов терапий на течение COVID-19 (противовирусная, противовоспалительная и антикоагулянтная). Установить взаимосвязь между степенью тяжести течения COVID-19 и возрастом пациентов.

Материалы и методы исследования. Проведен ретроспективный анализ историй болезни 250 пациентов, проходивших лечение в различных стационарах г. Караганды за период марта 2021 года, с лабораторно подтвержденным COVID-19, идентифицированным вирусом (n = 125 мужчин, n = 125 женщин). Возраст пациентов от 18 до 93 лет. Средний возраст у мужчин составил 53,9 ± 20,5 лет; у женщин 53,8 ± 21 год.

Критерии включения. В отобранных историях болезней, у пациентов на момент поступления наблюдались симптомы острого респираторного заболевания, интоксикационного и воспалительного синдрома: повышение температуры тела, озноб, слабость, миалгии, артралгии, кашель, недомогание.

Сбор данных. В результате проведенного анализа историй болезни пациентов была сформирована база данных. Информация включала в себя: пол, возраст, даты поступления и выписки, исход лечения, количество проведенных койко-дней, сопутствующие заболевания, уровень сатурации кислорода, результаты полимеразной цепной реакции (ПЦР), результаты компьютерной томографии (КТ), результаты лабораторной диагностики, сведения о проведенной терапии на уровне стационара.

Степень поражения легочной ткани оценивалась по 4-х бальной системе (КТ-0 – КТ-4):

- КТ-0 (0 баллов) – отсутствие поражения

- КТ-1 (1 балл) – минимальный объем поражения, ≤25 %

- КТ-2 (2 балла) – средний объем поражения, 25-50 %

- КТ-3 (3 балла) – значительный объем поражения, 50-75 %

- КТ-4 (4 балла) – субтотальный объем, ≥75 %

Критерии эффективности терапии. Эффективность терапии оценивалась лишь у пациентов, получавших соответствующее лечение по следующим критериям: уровень С-реактивного белка (СРБ, как основной и наиболее эталонный маркер системного воспаления) – для терапии глюкокортикостероидами (ГКС); объем поражения легочной ткани (%) в КТ-динамики, количество проведенных койко-дней в стационаре – для терапии противовирусными препаратами; уровень D-димера в динамике для оценки эффективности терапии антикоагулянтами.

Статистические методы. В данном исследовании для обеспечения возможности проведения качественного анализа данных вся информация была собрана в единую базу MS excel. Нормальность распределения определяли при помощи коэффициента ассиметрии As и эксцесса Ex. Одномерный анализ (Относительный риск – RR, relative risk; Снижение относительного риска – RRR, 95 % ДИ (доверительный интервал)) использовался для изучения взаимосвязи между частотой неблагоприятного исхода и проводимой терапией.

Результаты и обсуждение. Результаты, полученные в ходе исследования позволили установить корреляцию между тяжестью течения заболевания и возрастом больных. У мужчин: в возрастной группе 18-35 лет у 72 % наблюдалось легкое течение, у 24 % – средней степени тяжести, у 4 % – тяжелое течение; в группе 36-46 лет у 48 %, 36 % и 16 % течение заболевания было легким, средней степени тяжести и тяжелым соответственно; в группе 46-59 лет у 20 % – легкое течение, у 52 % – средней степени и у 28 % – тяжелой степени тяжести; в группе 60-75 лет у 8 % – легкое течение, у 52 % – средней степени тяжести, у 40 % – тяжелое течение; в группе 76-93 лет у 36 % заболевание протекало со средней степенью тяжести и у 64 % – в тяжелой форме (рис. 1).

 

 

Рис. 1. Зависимость степени тяжести заболевания от возраста у мужчин

 

У женщин: в возрастной группе 18-35 лет у 84 % наблюдалось легкое течение, у 16 % – средней степени тяжести; в группе 36-46 лет у 56 % течение заболевания было легким, у 36 % – средней степени тяжести, у 8 % – тяжелой степени; в группе 46-59 лет у 32 % – легкое течение, у 48 % – средней степени и у 20 % – тяжелой степени тяжести; в группе 60-75 лет у 24 % легкое течение, у 40 % – средней степени, у 36 % – тяжелое течение; в группе 76-93 лет лишь в 4 % случаев протекали в легкой форме, у 36 % заболевание протекало со средней степенью тяжести и у 60 % – в тяжелой форме (рис. 2).

 

 

Рис. 2. Зависимость степени тяжести заболевания от возраста у женщин

 

Анализ гендерных различий показал, что у мужчин в возрастной группе 76-93 года отсутствовало легкой степени тяжести течение заболевания.

Оценка эффективности проводимой терапии

Противовоспалительная терапия (глюкокортикостероиды (ГКС) – дексаметазон)

Эффективность противовоспалительной терапии оценивалась по концентрации СРБ. Значимость исследования уровня СРБ значительно возросла в период пандемии COVID-19. При вирусных инфекциях, в основном, наблюдается незначительное повышение уровня СРБ, но по данным Ponti G. et al. и Tan C. et al., ресурса UpToDate концентрация СРБ, ассоциированная с тяжелым течением COVID-19, превышает 100 мг/л (референсные значения: 0-5 мг/л) [7; 8]. Определение концентрации СРБ, как высокочувствительного маркера активного воспаления и повреждения тканей, при COVID-19, прежде всего, позволяет оценить тяжесть течения, распространенность воспалительной инфильтрации и прогноз заболевания. Мониторинг СРБ при подтвержденном COVID-19 был включен в национальные рекомендации многих стран, в том числе и Казахстана [5; 10].

В группе пациентов (мужчины) с применением дексаметазона (n = 61) отрицательную динамку по содержанию СРБ имели 39,3 % (n = 24), положительную динамку по содержанию уровня СРБ имели 60,7 % (n = 37), в группе, где ГКС не применялись (n = 37) отрицательную динамку по уровню СРБ имели 70,3 % (n = 26), положительную динамику 29,7 % (n = 11). Относительный риск (RR) 0,560 (95 % ДИ 0,385-0,815); снижение относительного риска (RRR) = 0,440. В одномерном анализе снижение относительного риска отрицательной динамики по уровню СРБ у пациентов, которым были назначены ГКС, составило 44,0 % (рис. 3). До лечения средний уровень СРБ составил 29 г/л, после лечения дексаметазоном средний уровень СРБ – 16,3 г/л.

 

 

Рис. 3. Сравнение показателей СРБ до и после терапии ГКС у мужчин

 

В группе пациентов (женщины) с применением дексаметазона (n = 58) отрицательную динамику по уровню СРБ имели 27,6 % (n = 16), положительную динамку – 72,4 % (n = 42). В группе пациентов, где ГКС не применялись (n = 35) отрицательную динамику имели 62,9 % (n = 22), положительную динамику – 37,1 % (n = 13). Относительный риск (RR) 0,439 (95 % ДИ 0,269-0,715); снижение относительного риска (RRR) = 0,561. Назначение дексаметазона являлось благоприятным прогностическим фактором, снижающим риск увеличения СРБ на 56,1 % (рис. 4). До лечения средний уровень СРБ составил 25,6 г/л, после лечения дексаметазоном средний уровень СРБ – 15,5 г/л.

 

 

Рис. 4. Сравнение показателей СРБ до и после терапии ГКС у женщин

 

ГКС активно использовались в лечении пациентов с коронавирусной инфекцией. Их противовоспалительная эффективность зависела от периода заболевания, в котором начата терапия, и от степени вовлечения бактериальных агентов. Установлено, что при прогрессировании коронавирусной инфекции степень повреждения легочной ткани, является проявлением избыточного иммунного ответа, так называемого «цитокинового шторма» [6]. В исследовании Chen Rong-Сhang et al. применение ГКС с тяжелым течением инфекционного заболевания выявило снижение уровня смертности и укорочение сроков пребывания в стационаре [2].

Противовирусная терапия (ПВТ – ремдесивир)

В группе пациентов с применением противовирусной терапии (n = 67) отрицательная КТ-динамика наблюдалась у 38,8 % (n = 26), положительная динамика у 61,2 % (n = 41). У пациентов, не получавших ПВТ (n = 121), отрицательная КТ-динамика у 59,5 % (n = 72), положительная у 40,5 % (n = 49). Относительный риск RR = 0,652 (95 % ДИ 0,467-0,911); снижение относительного риска (RRR) = 0,348. В одномерном анализе снижение относительного риска отрицательной КТ-динамики у пациентов с ПВТ, составило 34,8 % (рис. 5). Средний объем поражения легочной ткани до применения ПВТ – 42 %, средний объем поражения легочной ткани после применения ПВТ – 30 %.

 

 

Рис. 5. Сравнение объема поражения легочной ткани до и после ПВТ

 

Применение ПВТ снижало количество проведенных койко-дней в стационаре (рис. 6). С ПВТ среднее количество проведенных койко-дней – 10, без ПВТ среднее количество проведенных койко-дней – 13. Следует отметить, что на различие в проведенных койко-дней оказывают влияние тяжесть течения заболевания, возраст, сопутствующая хроническая патология. При отдельном анализе количество койко-дней, проведенных в стационаре, коррелировало с возрастом пациента.

 

 

Рис. 6. Сравнение количества проведенных койко-дней с ПВТ и без ПВТ

 

Ремдесивир представитель ингибиторов вирусных протеаз с потенциальной эффективностью в отношении COVID-19. В мае 2020 г. Национальным институтом здоровья США был опубликован отчет о положительных результатах применения ремдесивира у пациентов с тяжелым течением COVID-19. У больных отмечено более быстрое разрешение коронавирусной инфекции и сокращение среднего времени выздоровления [1]. Проведенный анализ ПВТ в историях болезни подтверждает эффективность данного препарата, что нашло отражение и в более быстрой положительной динамике инфекционного процесса и сокращении проведенных койко-дней в стационаре.

Антикоагулянтная терапия (эноксапарин)

Наиболее частое осложнение, наблюдаемое у пациентов с COVID-19, является коагулопатия, характеризуемая повышением уровня фибриногена и D-димера, проявляемая гиперкоагуляцией с высоким риском развития ДВС-синдрома, острого респираторного дистресс-синдрома (ОРДС) и полиорганной недостаточностью. Высокий уровень Д‑димера, по данным многих наблюдений, коррелирует с тяжестью состояния больных, необходимостью проведения более интенсивной терапии, прогнозом заболевания [9]. Повышенный уровень этого показателя свидетельствует об активности распада фибрина под действием плазминогена, что происходит практически параллельно с образованием тромбов. То есть по количеству Д‑димера можно судить об активности тромбообразования. В исследованиях Guan. W.J. et al. было показано что из 560 пациентов с лабораторно подтвержденным диагнозом COVID-19 у 260 пациентов (46,4 %) отмечалось повышение уровня D-димера [4].

В группе мужчин, которым был назначен эноксапарин (n = 54), увеличение уровня D-димера или отсутствие положительной динамики наблюдалось у 35,2 % (n = 19), уменьшение уровня D-димера и его положительная динамика наблюдалась у 64,8 % (n = 35). В группе, где эноксапарин не применялся (n = 39), отрицательная динамика у 59 %(n = 23), снижение уровня D-димера наблюдалось у 41 % (n = 16). Относительный риск (RR) 0,597 (95 % ДИ 0,382-0,933); снижение относительного риска (RRR) = 0,403. В данном анализе снижение относительного риска у пациентов, которым был назначен эноксапарин составило 40,3 %.

В группе женщин, которым был назначен эноксапарин (n = 49), неблагоприятный эффект наблюдался у 36,7 % (n = 18), благоприятный эффект у 63,3 % (n = 31). В группе, где препарат не назначался (n = 44), отрицательная динамика у 59 % (n = 26), положительная динамика у 41 % (n = 18). Относительный риск (RR) = 0,622 (95 % ДИ 0,400-0,967); снижение относительного риска (RRR) = 0,378. Согласно результатам анализа, снижение относительного риска у пациентов, которым был назначен эноксапарин, составило 37,8 %.

В настоящее время хорошо известно, что в развитии коагулопатии при COVID-19 ключевая роль принадлежит системному воспалительному процессу и цитокиновому шторму [6]. SARS-CoV-2 прикрепляется к ангиотензинпревращающему ферменту 2 (АПФ 2) клеток мишеней, используемого в качестве рецептора, при помощи S-белка (spike, «шип»-белок), в результате чего происходит эндоцитоз вирусного нуклеокапсида в цитоплазму клетки, где формируются копии РНК вируса. В ответ на активное размножение вируса и появление молекулярных фрагментов, ассоциированных с повреждением (DAMP, damage-associated molecular patterns) и патоген-ассоциированных фрагментов повреждения (PAMP, pathogen-associated molecular patterns) реализуется выброс большого количества провоспалительных цитокинов (ИЛ-1, ИЛ-6, фактор некроза опухолей), которые инициируют повреждение эндотелия сосудов, активируя тканевой фактор и тем самым запускают процессы гиперкоагуляции [13; 14]. Исследования N.Tang et al. показали, что высокий уровень D-димера являлся предиктором летального исхода: у умерших средняя концентрация D-димера составляла 2,12 мкг/мл, тогда как у выживших 0,61 мкг/мл (р<0,001) [9]. В этом же исследовании было показано, что повышенная концентрация D-димера являлась фактором риска развития ОРДС (ОР = 1,03, ДИ 95 % 1,01-1.04).

Заключение. Таким образом, проведенный ретроспективный анализ указывает на существование корреляционной зависимости между возрастом пациента и тяжестью течения COVID-19. Наблюдается положительный эффект дексаметазона в отношении системного воспаления при COVID-19 и в исходе его терапии – снижение уровня СРБ. Подтверждены данные о том, что применение противовирусной терапии имеет благоприятный эффект на КТ-динамику у пациентов с COVID-19 индуцированной пневмонией и уменьшает длительность интоксикационного периода. Эффективность эноксапарина в отношении концентрации D-димера, при COVID-индуцированной коагулопатии оправдывает его применение.

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

  1. Beigel, John H., Tomashek Kay M., Dodd Lori E. et al. Remdesivir for 5 or 10 Days in Patients with Severe Covid-19. N Engl J Med. 2020. DOI: 10.1056/NEJMoa2015301.
  2. Chen, R.-Сh., Tang X.-P., Tan Sh.-Y., et al. Treatment of severe acute respiratory syndrome with glucosteroids. Chest Journal. 2006; 129 (6): 1441–1452. DOI: 10.1378/chest.129.6.1441. PMID: 16778260.
  3. Cucinotta, D, Vanelli M. WHO Declares COVID-19 a Pandemic. Acta Biomed. 2020; 91(1):157-60. DOI:10.23750/abm.v91i1.9397
  4. Guan, W.J., Ni Z.Y., Hu Y. et al. Clinical characteristics of coronavirus disease 2019 in China. N. Engl. J. Med. 2020; 382 (18): 1708-1720. DOI: 10.1056/NEJMoa2002032.
  5. Interim guidelines for the prevention, diagnosis and treatment of a new coronavirus infection (COVID-19) (11 version, 05/07/2021) of the Ministry of Health of Russia. (Electronic resource). Available at: https://static0.minzdrav.gov.ru/system/attachments/attaches/000/055/735/original/B %D0 %9C %D0 %A0_COVID-19.pdf (access date: 09.05.2021).
  6. John, B.Moore., Carl H. June. Cytokine release syndrome in severe COVID-19. Science.-2020., Vol.368, Issue 6490, P.-473-474.
  7. Ponti, G., Maccaferri M., Ruini C. et al. Biomarkers associated with COVID-19 disease progression. Crit. Rev. Clin. Lab. Sci. 2020; 57 (6): 389–399. DOI: 10.1080/ 10408363. 2020.1770685.
  8. Tan, C., Huang Y., Shi F. et al. C-reactive protein correlates with computed tomographic findings and predicts severe COVID-19 early. J. Med. Virol. 2020; 92 (7): 856–862. DOI: 10.1002/jmv.25871.
  9. Tang, N., Li D., Wang X. et al. Abnormal coagulation parameters are associated with poor prognosis in patients with novel coronavirus pneumonia. J. Thromb. Haemost. 2020; 18 (4): 844–847. DOI: 10.1111/jth.14768.
  10. The Italian Society of Emergency Medicine (SIMEU). COVID-19 First Line Report PS/DEA management organisational structure as part of an epidemic or pre-epidemic outbreak. (Electronic resource.). Available at: https://www.simeu.it/w/articoli/leggiArticolo/334/dir (access date: 24.04.2021).
  11. Virtual press conference on COVID-19-11 March 2020. World Health Organisation. March 11, 2020. Accessed March 25, 2020. https://www.who.int/docs/default-source/coronaviruse/transcripts/who-audio-emergencies-coronavirus-press-conference-full-and-final-11mar2020. pdf?sfvrsn = cb432bb3_2
  12. World Health Organization. Coronavirus disease 2019 (COVID-19) situation report – 48. Available at: https://www. who.int/docs/default-source/coronaviruse/situation-reports/20200308-sitrep-48-covid-19.pdf?sfvrsn = 16f7ccef_4 [Accessed: March 9, 2020].
  13. Zhang, H., Penninger J.M., Li Y. et al. Angiotensin-converting enzyme 2 (ACE2) as a SARS-CoV-2 receptor: molecular mechanisms and potential therapeutic target. Intensive Care Med. 2020; 46 (4): 586–590. DOI: 10.1007/ s00134-020-05985-9.
  14. Zhao, Y., Zhao Z., Wang Y. et al. Single-cell RNA expression profiling of ACE2, the receptor of SARS-CoV-2. bioRxiv. [Preprint. Posted: 2020, Apr. 9]. DOI: 10.1101/2020.01.26. 919985.

 

REFERENCES

  1. Beigel John H., Tomashek Kay M., Dodd Lori E. Remdesivir for 5 or 10 Days in Patients with Severe Covid-19. N Engl J Med. 2020. DOI: 10.1056/NEJMoa2015301 (In English).
  2. Chen R.-Сh., Tang X.-P., Tan Sh.-Y. Treatment of severe acute respiratory syndrome with glucosteroids. Chest Journal. 2006; 129 (6): 1441–1452. DOI: 10.1378/chest.129.6.1441. PMID: 16778260 (In English).
  3. Cucinotta D, Vanelli M. WHO Declares COVID-19 a Pandemic. Acta Biomed. 2020; 91(1):157-60. DOI:10.23750/abm.v91i1.9397 (In English).
  4. Guan W.J., Ni Z.Y., Hu Y. Clinical characteristics of coronavirus disease 2019 in China. N. Engl. J. Med. 2020; 382 (18): 1708-1720. DOI: 10.1056/NEJMoa2002032 (In English).
  5. Interim guidelines for the prevention, diagnosis and treatment of a new coronavirus infection (COVID-19) (11 version, 05/07/2021) of the Ministry of Health of Russia. (Electronic resource). Available at: https://static0.minzdrav.gov.ru/system/attachments/attaches/000/055/735/original/B %D0 %9C %D0 %A0_COVID-19.pdf (access date: 09.05.2021) (In English).
  6. John B.Moore., Carl H. June. Cytokine release syndrome in severe COVID-19. Science.-2020., Vol.368, Issue 6490, P.-473-474 (In English).
  7. Ponti G., Maccaferri M., Ruini C. Biomarkers associated with COVID-19 disease progression. Crit. Rev. Clin. Lab. Sci. 2020; 57 (6): 389–399. DOI: 10.1080/ 10408363. 2020.1770685 (In English).
  8. Tan C., Huang Y., Shi F. C-reactive protein correlates with computed tomographic findings and predicts severe COVID-19 early. J. Med. Virol. 2020; 92 (7): 856-862. DOI: 10.1002/jmv.25871 (In English).
  9. Tang N., Li D., Wang X. Abnormal coagulation parameters are associated with poor prognosis in patients with novel coronavirus pneumonia. J. Thromb. Haemost. 2020; 18 (4): 844–847. DOI: 10.1111/jth.14768 (In English).
  10. The Italian Society of Emergency Medicine (SIMEU). COVID-19 First Line Report PS/DEA management organisational structure as part of an epidemic or pre-epidemic outbreak. (Electronic resource.). Available at: https://www.simeu.it/w/articoli/leggiArticolo/334/dir (access date: 24.04.2021) (In English).
  11. Virtual press conference on COVID-19-11 March 2020. World Health Organisation. March 11, 2020. Accessed March 25, 2020. https://www.who.int/docs/default-source/coronaviruse/transcripts/who-audio-emergencies-coronavirus-press-conference-full-and-final-11mar2020. pdf?sfvrsn = cb432bb3_2 (In English).
  12. World Health Organization. Coronavirus disease 2019 (COVID-19) situation report – 48. Available at: https://www. who.int/docs/default-source/coronaviruse/situation-reports/20200308-sitrep-48-covid-19.pdf?sfvrsn = 16f7ccef_4 [Accessed: March 9, 2020] (In English).
  13. Zhang H., Penninger J.M., Li Y. Angiotensin-converting enzyme 2 (ACE2) as a SARS-CoV-2 receptor: molecular mechanisms and potential therapeutic target. Intensive Care Med. 2020; 46 (4): 586-590. DOI: 10.1007/ s00134-020-05985-9 (In English).
  14. Zhao Y., Zhao Z., Wang Y. Single-cell RNA expression profiling of ACE2, the receptor of SARS-CoV-2. bioRxiv. [Preprint. Posted: 2020, Apr. 9]. DOI: 10.1101/2020.01.26. 919985 (In English).

 

Материал поступил в редакцию 03.04.23

 

 

RETROSPECTIVE ANALYSIS CASE HISTORIES OF COVID-19 PATIENTS

 

Sh.S. Mashrap, 4th year Student of the Specialty of «General Medicine»,

NJSC «Medical University of Karaganda»,

(100008, Republic of Kazakhstan, Karaganda, st. Gogol, 40)

Email: Mashrap@qmu.kz

 

T.V. Kim, Candidate of Medical Sciences, Associate Professor

of the Department of Clinical Pharmacology and Evidence-Based Medicine

NJSC «Medical University of Karaganda»,

(100008, Republic of Kazakhstan, Karaganda, st. Gogol, 40)

Email: T.Kim@qmu.kz

 

L.I. Piven, Candidate of Medical Sciences, Associate Professor

of the Department of Clinical Pharmacology and Evidence-Based Medicine

NJSC «Medical University of Karaganda»,

(100008, Republic of Kazakhstan, Karaganda, st. Gogol, 40)

Email: Piven@qmu.kz

 

T.L. Nikolaeva, Lecturer of the Department of Clinical Pharmacology and Evidence-Based Medicine

NJSC «Medical University of Karaganda»,

(100008, Republic of Kazakhstan, Karaganda, st. Gogol, 40)

Email: Nikolaeva@qmu.kz

 

Abstract. The coronavirus infection COVID-19, caused by a new strain of coronavirus – SARS-CoV-2, has led to a rapid increase in the number of cases and high mortality rates worldwide. A retrospective study was conducted on the medical records of 250 COVID-19 patients who received treatment in various healthcare facilities in Karaganda. Data were analyzed to establish the relationship between patient age and the severity of COVID-19. The effectiveness of various therapies (antiviral, anti-inflammatory and anticoagulant) was evaluated.

Keywords: retrospective analysis, COVID-19, remdesivir, enoxaparinе, dexamethasone.