Телефон: 8(962) 7600-119

Главная / Архив / 2023 год / MEDICUS № 2 (50), March / КЛИНИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ МЕТАБОЛИЧЕСКОГО СИНДРОМА С АРТЕРИАЛЬНОЙ ГИПЕРТЕНЗИЕЙ У ПОДРОСТКОВ

КЛИНИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ МЕТАБОЛИЧЕСКОГО СИНДРОМА С АРТЕРИАЛЬНОЙ ГИПЕРТЕНЗИЕЙ У ПОДРОСТКОВ

Дата публикации: 21.03.2023

УДК 61

 

КЛИНИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ МЕТАБОЛИЧЕСКОГО СИНДРОМА

С АРТЕРИАЛЬНОЙ ГИПЕРТЕНЗИЕЙ У ПОДРОСТКОВ

 

Р.П. Хидразова, студент лечебного факультета

ФГБОУ ВО Северо-Осетинская государственная медицинская академия

(362025, Россия, г. Владикавказ, ул. Пушкинская, 40)

Email: 89URT@gmail.ru

 

Т.Т. Бораева, профессор кафедры госпитальной педиатрии с ЛФК и ВК

ФГБОУ ВО Северо-Осетинская государственная медицинская академия

(362025, Россия, г. Владикавказ, ул. Пушкинская, 40)

Email: 23510krok@mail.ru

 

К.С. Казимурзаева, студент лечебного факультета

ФГБОУ ВО Ростовский государственный медицинский университет

(344022, Россия, Ростов-на-Дону, ул. Суворова, 119)

Email: KazimurzaevaKS@yandex.ru

 

Ф.С. Дзебисова, кандидат медицинских наук, доцент кафедры детских болезней 1,

ФГБОУ ВО Северо-Осетинская государственная медицинская академия

(362025, Россия, г. Владикавказ, ул. Пушкинская, 40)

Email: fa-dz@mail.ru

 

А.Х. Яхьяева, студент кафедры педиатрии

ФГБОУ ВО Ставропольский государственный медицинский университет

(355017, Россия, г. Ставрополь, ул. Михаила Морозова, 8)

Email: arzigul323@mail.ru

 

У.В. Матвеева, кандидат медицинских наук, доцент кафедры детских болезней 1,

ФГБОУ ВО Северо-Осетинская государственная медицинская академия

(362025, Россия, г. Владикавказ, ул. Пушкинская, 40)

Email: matveeva@mail.ru

 

З.М. Ципинова, студент кафедры терапии

ФГБОУ ВО Майкопский государственный технологический университет

(385000, Россия, г. Майкоп, ул. Первомайская, 191)

Email: tsipinova@yandex.ru

 

Ф.Х. Саидова, студентка 6-го курса специальности «Лечебное дело»

Медицинский институт

ФГБОУ ВО «Чеченский государственный университет имени А.А. Кадырова»

(366007, Россия, г. Грозный, пр. Бульвар Дудаева, 17)

Email: Saidova356@gmail.com

 

Аннотация. Мы стремились определить прогностическое значение метаболического синдрома при артериальной гипертензии. Мы наблюдали в течение 10,5 лет (в среднем 4,1 года) 1244 пациента с АГ без сердечно-сосудистых заболеваний (мужчины; артериальное давление [АД] 154/95 мм рт. ст.; возраст 20 ± 12 лет). Было использовано модифицированное определение метаболического синдрома по холестерину, с индексом массы тела вместо окружности талии. Во время наблюдения у 162 пациентов развились сердечно-сосудистые события. Частота событий в группах с одним-пятью признаками метаболического синдрома составила 1,54, 1,96, 2,97, 3,35 и 5,27 на 100 пациенто-лет соответственно (p <0,001). У пациентов с синдромом частота сердечно-сосудистых событий была почти в два раза выше, чем у пациентов без него (3,23 против 1,76 на 100 пациенто-лет, p <0,001). После поправки на возраст, общий холестерин, креатинин, курение, гипертрофию левого желудочка и 24-часовое систолическое АД риск развития сердечно-сосудистых событий был еще выше у пациентов с метаболическим синдромом (отношение рисков 1,73, 95 % доверительный интервал [ДИ] от 1,25 до 2,38). Синдром был независимым предиктором как сердечных, так и цереброваскулярных событий (ОР 1,48 и 2,11 соответственно). Неблагоприятное прогностическое значение метаболического синдрома было ослабленным, но все еще значительным среди пациентов без диабета (ОР 1,43, 95 % ДИ от 1,02 до 2,08).

Ключевые слова: гипертензия, метаболический синдром.

 

Введение

Метаболический синдром представляет собой группу сердечно-сосудистых факторов риска, тесно связанных с резистентностью к инсулину [10], распространенность которых высока и быстро растет среди населения [1, 4]. Рабочее определение метаболического синдрома, основывается на наличии трех или более следующих характеристик: абдоминальное ожирение, высокое кровяное давление (АД), высокий уровень глюкозы натощак, высокий уровень триглицеридов и сниженный уровень холестерина липопротеидов высокой плотности. Недавно была разработана модификация определения ATP-III [6, 7], в которой окружность талии как показатель ожирения была заменена индексом массы тела (ИМТ), который, как было показано, предсказывает метаболические нарушения так же сильно, как и окружность талии [13-15]. Согласно последнему определению, метаболический синдром является предиктором будущей ишемической болезни сердца у мужчин с гиперхолестеринемией [6]. Высокое АД считается одним из ключевых признаков синдрома [2, 12]. Хотя в настоящее время считается, что эта проблема имеет первостепенное значение. Не было проведено систематического исследования для определения прогностическое значение метаболического синдрома у пациентов с артериальной гипертензией. В ходе исследования у нас была возможность изучить взаимосвязь между метаболическим синдромом и развитием сердечно-сосудистых заболеваний у пациентов с эссенциальной гипертензией без преобладающих сердечно-сосудистых заболеваний, которые прошли тщательное клиническое обследование при исходном обследовании и затем находились под перспективным наблюдением.

 

Методы и материалы.

В настоящий анализ были включены в общей сложности 1244 испытуемых. Все участники исследования соответствовали следующим критериям: 1) офисное систолическое АД 140 мм рт. ст., диастолическое АД 90 мм рт. ст. или и то, и другое при трех или более посещениях с интервалом в одну неделю; 2) отсутствие предшествующего лечения артериальной гипертензии (70 %) или отмены антигипертензивных препаратов по крайней мере за четыре недели до исследования; 3) отсутствие клинических или лабораторных признаков сердечной недостаточности, ишемической болезни сердца, инсульта, клапанные дефекты, вторичные причины артериальной гипертензии или важные сопутствующие заболевания; и 4) одно или более достоверных измерений АД в час в течение 24 часов. При исходной оценке пациенты с артериальной гипертензией были классифицированы по наличию или отсутствию метаболических синдром на основе модифицированных критериев ATP-III. При отборе все пациенты страдали артериальной гипертензией и, следовательно, соответствовали по крайней мере одному из критериев ATP-III. Остальные пороговые значения составляли: 1) уровень триглицеридов в сыворотке крови 1,69 ммоль/л (150 мг/дл); 2) уровень холестерина липопротеидов высокой плотности в сыворотке крови 1,04 ммоль/л (40 мг/дл) 3) уровень глюкозы в плазме крови натощак 6,11 ммоль/л (110 мг/дл); и Пациенты с артериальной гипертензией были классифицированы как имеющие метаболический синдром, если они соответствовали двум или более из вышеупомянутых критериев, в дополнение к гипертонии. В регрессионном анализе предельные значения ИМТ были эквивалентны окружности талии 102 см. По сравнению с оригиналом Определение ATP-III, модифицированное определение привело к неправильной классификации только 5,1 % пациентов (13 из 254 пациентов). Сахарный диабет был диагностирован с помощью голодания уровень глюкозы 7,0 ммоль/л (126 мг/дл) или клинический диагноз диабета при диетическом, пероральном лечении или введении инсулина. Все испытуемые дали устное или письменное информированное согласие на участие в исследовании. Офисное АД измерялось врачом в больничной клинике с помощью ртутного сфигмоманометра после того, как испытуемый сидел в течение 10 минут. Для анализа учитывалось среднее значение шести или более измерений за два или более сеансов. Амбулаторное АД регистрировалось с помощью осциллографического устройства, который был настроен на то, чтобы снимать показания каждые 15 минут в течение 24 часов. ИМТ рассчитывался как вес в килограммах, деленный на квадрат роста в метрах. Электрокардиографическую (ЭКГ) гипертрофию левого желудочка (ЛЖ) определяли в соответствии с критерием Перуджи (S-волна в отведении V3 R-волна в отведении aVL 2,4 мВ, или типичное напряжение ЛЖ, или оценка Ромхилта-Эстеса в 5 баллов), что свидетельствует о более высоком относительном риске сердечно-сосудистой заболеваемости и смертности, чем другие критерии. Последующие процедуры и оценка конечной точки.

Во время последующего визита 70 % пациентов, участвовавших в исследовании, принимали антигипертензивные препараты, а 30 % принимали только меры по улучшению образа жизни. Аспирин и гиполипидемические препараты употребляли 3 % и 9 % населения соответственно. Периодически проводились беседы с врачами и по телефону, чтобы определить наличие сердечно-сосудистых заболеваний. Для пациентов, у которых развилось сердечно-сосудистое событие, формы больничных карт и другие доступные исходные документы были рассмотрены на конференции. Сердечно-сосудистые события включали впервые возникшую ишемическую болезнь сердца (инфаркт миокарда, нестабильную стенокардию с документально подтвержденными ишемическими изменениями на ЭКГ, внезапную сердечную смерть или процедуру коронарной реваскуляризации), застойную сердечную недостаточность, потребовавшую госпитализации, инсульт, транзиторная ишемия головного мозга и симптоматическое аорто-подвздошное окклюзионное заболевание, подтвержденное ангиографией. Статистический анализ. Кривые выживаемости сравнивались с использованием теста Мантела (log-rank). Для тех испытуемых, которые пережили несколько событий, анализ выживаемости был ограничен первым событием. Влияние прогностических факторов на выживаемость оценивали с использованием пошаговой полупараметрической регрессионной модели Кокса. Предположение о пропорциональности для модели Кокса было проверено путем визуального осмотра, и никаких нарушений пропорциональных опасностей обнаружено не было. Мы протестировали переменные возраста (лет), пола, должности и 24-часового систолического АД (мм рт. ст.), общий холестерин в сыворотке крови (ммоль/л), привычки к курению (ранее, никогда или в настоящее время не курили), семейный анамнез преждевременных сердечно-сосудистых заболеваний (да, нет) и антигипертензивное лечение на момент последующего контакта (только меры по образу жизни, диуретики и/или бета-блокаторы-блокаторы, ингибиторы ангиотензинпревращающего фермента и/или блокаторы Са2-каналов, другие лекарственные средства или другие комбинации антигипертензивных препаратов). Хотя во время последующего визита лишь небольшое число пациентов с артериальной гипертензией принимали либо аспирин, либо гиполипидемические препараты, эффекты этих методов лечения также оценивались в регрессионной модели.

 

Результаты.

Данные о последующем наблюдении были доступны для 99,5 % из 100 % пациентов с артериальной гипертензией, и только 0,5 % были потеряны для последующего наблюдения. Субъекты с метаболическим синдромом были старше и имели более длительную артериальную гипертензию и более высокое систолическое АД. Эти две группы не отличались по наличию привычек курения, концентрации общего холестерина липопротеидов низкой плотности и гипертрофии ЛЖ.

Анализ выживаемости был проведен за период наблюдения 4,1-2 года (диапазон от 1,0 до 10,5 лет) у 162 пациентов произошло новое сердечно-сосудистое заболевание (2,28 случая на 100 пациенто-лет). В частности, было 39 пациентов с инфарктом миокарда, 7 с внезапной сердечной смертью, 1 с сердечной смертью от других причин, 20 с нестабильной стенокардией, 9 с процедурами коронарной реваскуляризации, 14 с сердечной недостаточностью, потребовавшей госпитализации, 43 с инсультом, 16 с транзиторной церебральной ишемия и 13 с впервые выявленным аорто-подвздошным окклюзионным заболеванием, потребовавшим реваскуляризации. Частота событий постепенно увеличивалась с увеличением числа компонентов метаболического синдрома (1,54, 1,96, 2,97, 3,35 и 5,27 соответственно на 100 лет жизни пациента в группах с 1-5 характеристиками; р 0,001).

В целом, в группе с метаболическим синдромом было зарегистрировано 80 первых сердечно-сосудистых событий (3,23 события на 100 пациенто-лет) и 82 события в группе без метаболического синдрома (1,76 событий на 100 пациенто-лет). Кривые выживания без событий значительно различались между двумя группами (значение логарифмического ранга 45,4, р 0,001).

В многофакторном анализе метаболический синдром сохранял связь с последующими сердечно-сосудистыми событиями после корректировки на несколько потенциальных факторов риска. Пациенты с метаболическими факторами имели на 73 % больший возраст и повышенный сердечно-сосудистый риск с поправкой на факторы риска (отношение рисков [ОР] 1,73, 95 % доверительный интервал [ДИ] 1,25-2,38; р 0,001). Метаболический синдром также был независимым фактором риска “тяжелых” сердечно-сосудистых событий (т.е. после исключения стенокардии, коронарных реваскуляризаций и застойной сердечной недостаточности [ОР 1,62, 95 % ДИ 1,13-2,32; р 0,01]). Распространенность отдельных компонентов метаболического синдрома показана вместе с их ЧСС с поправкой на фактор риска.

Мы также оценили прогностическое влияние метаболического синдрома на сердечные и цереброваскулярные события, взятые отдельно. По сравнению с пациентами без метаболического синдрома, пациенты с ним имели более высокую частоту обоих сердечных событий (1,77 против 1,07 событий/100 пациенто-лет; логарифмический ранг 4,95, р 0,026) и цереброваскулярных событий (1,41 против 0,59 событий/100 пациенто-лет; логарифмический ранг 14,96, р 0,001). Оба различия оставались значимыми в многофакторной модели Кокса (ОР 1,48, 95 % ДИ 1,01-2,27, р 0,04 для сердечных событий; ОР 2,11, 95 % ДИ 1,27-3,50, р 0,001 для цереброваскулярных событий). Влияние диабета. Чтобы дополнительно изучить, была ли взаимосвязь между метаболическим синдромом и прогнозом независимой от наличия сахарного диабета, мы повторили анализ выживаемости после исключения пациентов с сахарным диабетом. У пациентов с артериальной гипертензией без диабета взаимосвязь между метаболическим синдромом и сердечно-сосудистой заболеваемостью была ослаблена, но частота событий все еще была значительно выше при наличии метаболического синдрома (2,42 против 1,66 событий на 100 пациенто-лет, логарифмический ранг 5,91, р 0,02). В этой группе у пациентов с метаболическим синдромом частота сердечно-сосудистых событий с поправкой на возраст и факторы риска была значительно выше, чем у пациентов без него (ОР 1,43,95 % ДИ 1,02–2,08; р 0,03).

 

Обсуждение.

Вывод этого исследования заключается в том, что метаболический синдром является независимым предиктором последующих сердечно сосудистых заболеваний у изначально нелеченых мужчин с эссенциальной гипертензией, у которых не было клинически выраженных сердечно-сосудистых заболеваний при исходном обследовании.

Неблагоприятный прогностический эффект метаболического синдрома не зависел от традиционных сердечно-сосудистых факторов риска, включая гипертрофию ЛЖ и 24-часовое АД, которое является лучшим маркером риска, чем офисное АД. Наиболее примечательно, что связь между метаболическим синдромом и будущим сердечно-сосудистая заболеваемость также отмечалась у пациентов без сахарного диабета при исходном обследовании. Следовательно, это исследование предоставляет доказательства того, что метаболический синдром может быть полезен в качестве интегрирующего показателя общей нагрузки, налагаемой метаболическими факторами на сердечно-сосудистую систему у пациентов с артериальной гипертензией.

Несколько исследований показали, что резистентность к инсулину гиперинсулинемия, отличительный признак метаболического синдрома, является предиктором ишемической болезни сердца в популяции в целом и у пациентов с сахарным диабетом II типа. В люди с семейным анамнезом диабета II типа, лица, у которых был метаболический синдром, по данным Всемирной Организация здравоохранения (ВОЗ), имели более высокую смертность. Однако у пациентов с метаболическим синдромом исходно была более высокая распространенность сердечно-сосудистых заболеваний и диабета, и в этом исследовании не допускалась поправка на эти смешивающие факторы. Использование модифицированного определения СПС-III было обнаружено, что при ИМТ вместо окружности талии метаболический синдром предсказывает ишемическую болезнь сердца у мужчин с гиперхолестеринемией. Тем не менее, в последнем исследовании уровни глюкозы в плазме крови не собирались, и не проводилась корректировка важных факторов риска, таких как статус курения. Взятые вместе, имеющиеся исследования не дают ответа на вопрос о клиническом значении метаболического синдрома при артериальной гипертензии. Высокое АД — это основной и независимый фактор риска сердечно-сосудистых заболеваний. С другой стороны, гипертония имеет тенденцию группироваться с метаболическими факторами риска, и около половины пациентов с эссенциальной гипертензией являются инсулинорезистентными. Коронарный риск по-прежнему выше у пациентов с артериальной гипертензией, получающих медикаментозное лечение, чем у нормотензивных лиц, и отчасти это различие может быть связано с наличием у пациентов с артериальной гипертензией дополнительных метаболических факторов риска, которые в совокупности были определены как метаболический синдром. В руководящих принципах ATP-III признается, что метаболический синдром увеличивает риск ишемической болезни сердца и прогностическую ценность метаболического синдрома для развития ишемической болезни сердца, сердечно-сосудистых заболеваний, смертность от сердечно-сосудистых заболеваний и смертность от всех причин был установлен в различных клинических условиях. В нашем исследовании мы обнаружили, что метаболический синдром, определяемый АТФ-III, является независимый предиктор цереброваскулярных и сердечных событий.

Наш вывод о повышенном риске двух различных проявлений атеросклеротического заболевания у пациентов с артериальной гипертензией и метаболическим синдромом согласуется с гипотезой о том, что резистентность к инсулину сама по себе может ускорить развитие атеросклероза. На самом деле метаболический синдром был связан с прогрессирующим атеросклерозом сонных артерий, а также с коронарным атеросклерозом. С другой стороны, люди с метаболическим синдромом, как правило, имеют системную эндотелиальную дисфункцию и хроническое субклиническое воспаление, которые все чаще признаются мощными факторами риска сердечных и цереброваскулярных событий.

 

Выводы

 

Наши результаты свидетельствуют о том, что метаболический синдром представляет собой сильный независимый фактор риска будущих сердечно-сосудистых заболеваний у пациентов с артериальной гипертензией. Помимо прогностической информации, предоставляемой всеми другими традиционными маркерами сердечно-сосудистого риска, простая и недорогая оценка метаболического синдрома может способствовать дальнейшему уточнению стратификации сердечно-сосудистого риска при артериальной гипертензии. Пациенты с артериальной гипертензией и метаболическим синдромом подвергаются повышенному риску коронарных и цереброваскулярных заболеваний и нуждаются в более активном немедикаментозном и фармакологическом профилактическом подходе. Настоящее открытие синергического влияния метаболического синдрома и артериальной гипертензии на сердечно-сосудистые заболевания убедительно указывает на необходимость метаболического скрининга у всех пациентов с артериальной гипертензией при первом диагнозе.

 

Подтверждения

Не применимы.

 

Конфликт интересов

Авторы данного исследования заявляют, что конфликт интересов отсутствует.

 

 

 

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

  1. Балыкова, Л.А. и др. Метаболический синдром у детей и подростков // Педиатрия. Журнал им. Г.Н. Сперанского. – 2010. – Т. 89. – №. 3. – С. 127-134.
  2. Беленков, Ю. и др. Метаболический синдром: история развития, основные критерии диагностики // Рациональная фармакотерапия в кардиологии. – 2018. – Т. 14. – №. 5. – С. 757-764.
  3. Герасимова, А.С., Олейников В.Э. Артериальная гипертония, ассоциированная с метаболическим синдромом: особенности течения и поражения органов-мишеней (обзор литературы) // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. Медицинские науки. – 2008. – №. 3. – С. 88-101.
  4. Егорова, Е.Г., Звенигородская Л.А., Лазебник Л.Б. Метаболический синдром с позиции гастроэнтеролога // РМЖ. – 2005. – Т. 26. – №. 13. – С. 1706.
  5. Жукова, Т В. и др. Гигиенические критерии риска развития метаболического синдрома // Здоровье населения и среда обитания. – 2016. – №. 2 (275). – С. 15-17.
  6. Колопкова, Т.А. и др. Метаболический синдром х пандемия XXI века // Саратовский научно-медицинский журнал. – 2008. – Т. 4. – №. 3. – С. 130-134.
  7. Кравец, Е.Б. и др. Метаболический синдром в общеврачебной практике // Бюллетень сибирской медицины. – 2008. – Т. 7. – №. 1. – С. 80-87.
  8. Мамырбаева, К.М., Мычка В.Б., Чазова И.Е. Артериальная гипертензия и метаболический синдром // Consilium medicum. – 2004. – Т. 6. – №. 5. – С. 320-324.
  9. Самошкина, Е.С. и др. Метаболический синдром у детей и подростков: современное состояние проблемы // Pediatriya named after GN Speransky. – 2022. – №. 6.
  10. Чазова, И.Е., Мычка В Б. Метаболический синдром // Consilium medicum. – 2002. – Т. 4. – №. 11. – С. 587-592.
  11. Шавкатова, Г.Ш., Худоярова Д.Р. Оптимизация лечения метаболического синдрома // Проблемы современной науки и образования. – 2022. – №. 3 (172). – С. 54-57.
  12. Aguilar, M. et al. Prevalence of the metabolic syndrome in the United States, 2003-2012 // Jama. 2015. V. 313. No 19. P. 1973-1974.
  13. Grundy, S.M. Metabolic syndrome update // Trends in cardiovascular medicine. 2016. V. 26. No. 4. P. 364-373.
  14. Kassi, E. et al. Metabolic syndrome: definitions and controversies // BMC medicine. 2011. V. 9. No 1. P. 1-13.
  15. Reaven, G.M. The metabolic syndrome: is this diagnosis necessary? // The American journal of clinical nutrition. 2006. V. 83. No 6. P. 1237-1247.

 

REFERENCES

  1. Balykova L.A. Metabolicheskiy sindrom u detey i podrostkov [Metabolic syndrome in children and adolescents]. Pediatriya. Zhurnal im. G.N. Speranskogo [Pediatrics. G.N. Speransky Magazine]. 2010. vol. 89. no 3. pp. 127-134 (In Russ.).
  2. Belenkov Yu. Metabolicheskiy sindrom: istoriya razvitiya, osnovnyye kriterii diagnostiki [Metabolic syndrome: history of development, main diagnostic criteria]. Ratsional'naya farmakoterapiya v kardiologii [Rational pharmacotherapy in cardiology]. 2018. vol. 14. no 5. pp. 757-764 (In Russ.).
  3. Gerasimova A.S., Oleynikov V.E. Arterial'naya gipertoniya, assotsiirovannaya s metabolicheskim sindromom: osobennosti techeniya i porazheniya organov-misheney (obzor literatury) [Arterial hypertension associated with metabolic syndrome: features of the course and lesions of target organs (literature review)]. Izvestiya vysshikh uchebnykh zavedeniy. Povolzhskiy region. Meditsinskiye nauki [News of higher educational institutions. Volga region. Medical sciences]. 2008. no 3. pp. 88-101 (In Russ.).
  4. Yegorova Ye.G., Zvenigorodskaya L.A., Lazebnik L.B. Metabolicheskiy sindrom s pozitsii gastroenterologa [Metabolic syndrome from the position of a gastroenterologist]. 2005. vol. 26. no 13. pp. 1706 (In Russ.).
  5. Zhukova T V. Gigiyenicheskiye kriterii riska razvitiya metabolicheskogo sindroma [Hygienic criteria for the risk of developing metabolic syndrome]. Zdorov'ye naseleniya i sreda obitaniya [Public health and habitat]. 2016. no 2 (275). pp. 15-17 (In Russ.).
  6. Kolopkova T.A. Metabolicheskiy sindrom kh pandemiya XXI veka [Metabolic syndrome x is a pandemic of the XXI century]. Saratovskiy nauchno-meditsinskiy zhurnal [Saratov Scientific and Medical Journal]. 2008. vol. 4. no 3. pp. 130-134 (In Russ.).
  7. Kravets Ye.B. Metabolicheskiy sindrom v obshchevrachebnoy praktike [Metabolic syndrome in general medical practice]. Byulleten' sibirskoy meditsiny [Bulletin of Siberian Medicine]. 2008. vol. 7. no 1. pp. 80-87 (In Russ.).
  8. Mamyrbayeva K.M., Mychka V.B., Chazova I.Ye. Arterial'naya gipertenziya i metabolicheskiy sindrom [Arterial hypertension and metabolic syndrome]. Consilium medicum. 2004. vol. 6. no 5. pp. 320-324 (In Russ.).
  9. Camoshkina Ye.S. Metabolicheskiy sindrom u detey i podrostkov: sovremennoye sostoyaniye problem [Metabolic syndrome in children and adolescents: the current state of the problem]. Pediatriya named after GN Speransky. 2022. no 6 (In Russ.).
  10. Chazova I.Ye., Mychka V B. Metabolicheskiy sindrom. Consilium medicum. – 2002. vol. 4. no 11. pp. 587-592 (In Russ.).
  11. Shavkatova G.Sh., Khudoyarova D.R. Optimizatsiya lecheniya metabolicheskogo sindroma. Problemy sovremennoy nauki i obrazovaniya. 2022. no 3 (172). pp. 54-57 (In Russ.).
  12. Aguilar M. et al. Prevalence of the metabolic syndrome in the United States, 2003-2012 // Jama. 2015. V. 313. No 19. P. 1973-1974 (In English).
  13. Grundy S.M. Metabolic syndrome update // Trends in cardiovascular medicine. 2016. V. 26. No. 4. P. 364-373 (In English).
  14. Kassi E. et al. Metabolic syndrome: definitions and controversies // BMC medicine. 2011. V. 9. No 1. P. 1-13 (In English).
  15. Reaven G.M. The metabolic syndrome: is this diagnosis necessary? // The American journal of clinical nutrition. 2006. V. 83. No 6. P. 1237-1247 (In English).

 

Материал поступил в редакцию 31.01.23

 

 

CLINICAL FEATURES OF METABOLIC SYNDROME

WITH ARTERIAL HYPERTENSION IN ADOLESCENTS

 

R.P. Khidrazova, Student of the Faculty of Medicine

North Ossetian State Medical Academy (NOSMA)

(362025, Russia, Vladikavkaz, st. Pushkinskaya, 40)

Email: 89URT@gmail.ru

 

T.T. Boraeva, Professor of the Department of Hospital Pediatrics

with Physical Therapy and VC

North Ossetian State Medical Academy (NOSMA)

(362025, Russia, Vladikavkaz, st. Pushkinskaya, 40)

Email: 23510krok@mail.ru

 

K.S. Kazaimurzaeva, Student of the Faculty of Medicine

Rostov State Medical University

(344022, Russia, Rostov-on-Don, st. Suvorov, 119)

Email: KazimurzaevaKS@yandex.ru

 

F.S. Jebisova, Candidate of Medical Sciences,

Associate Professor of the Department of Children's Diseases 1

North Ossetian State Medical Academy (NOSMA)

(362025, Russia, Vladikavkaz, st. Pushkinskaya, 40)

Email: fa-dz@mail.ru

 

A.Kh. Yakhyaeva, Student of the Department of Pediatrics

Stavropol State Medical University

(355017, Russia, Stavropol, st. Mikhail Morozov, 8)

Email: arzigul323@mail.ru

 

U.V. Matveyeva, Candidate of Medical Sciences,

Associate Professor of the Department of Children's Diseases 1

North Ossetian State Medical Academy (NOSMA)

(362025, Russia, Vladikavkaz, st. Pushkinskaya, 40)

Email: matveeva@mail.ru

 

Z.M. Tsipinova, Student of the Department of Therapy

Maikop State Technological University

(385000, Russia, Maykop, st. Pervomayskaya, 191)

Email: tsipinova@yandex.ru

 

F.Kh. Saidova, 6th year Student in specialty "Medical business"

Medical Institute

A.A. Kadyrov Chechen State University

(366007, Russia, Grozny, Dudaev Boulevard Ave., 17)

Email: Saidova356@gmail.com

 

Abstract. We sought to determine the prognostic value of the metabolic syndrome in arterial hypertension. We observed for 10.5 years (average 4.1 years) 1244 patients with hypertension without cardiovascular diseases (men; blood pressure [BP] 154/95 mmHg; age 20 ± 12 years). A modified definition of metabolic syndrome by cholesterol was used, with a body mass index instead of a waist circumference. During follow-up, 162 patients developed cardiovascular events. The frequency of events in groups with one to five signs of metabolic syndrome was 1.54, 1.96, 2.97, 3.35 and 5.27 per 100 patient-years, respectively (p <0.001). In patients with the syndrome, the frequency of cardiovascular events was almost twice as high as in patients without it (3.23 vs. 1.76 per 100 patient-years, p <0.001). After adjusting for age, total cholesterol, creatinine, smoking, left ventricular hypertrophy and 24-hour systolic blood pressure, the risk of cardiovascular events was even higher in patients with metabolic syndrome (risk ratio 1.73, 95% confidence interval [CI] from 1.25 to 2.38). The syndrome was an independent predictor of both cardiac and cerebrovascular events (HR 1.48 and 2.11, respectively). The unfavorable prognostic value of the metabolic syndrome was attenuated, but still significant among patients without diabetes (HR 1.43, 95% CI 1.02 to 2.08).

Keywords: hypertension, metabolic syndrome.